Буддизм
Экспорт новостей
Контакт
Со всеми вопросами и предложениями обращайтесь по адресу: nibbanadhatu@gmail.com или ICQ 382746550
Экспорт новостей
Контакт
Со всеми вопросами и предложениями обращайтесь по адресу: nibbanadhatu@gmail.com или ICQ 382746550
А.Л. Сафронова | 28.10.07
Статья с Ломоновских чтений-2006 в Институте Стран Азии и Африки
Национальный вопрос, связанный с многолетней конфронтацией сингальской и тамильской общин на острове, является наиболее острой проблемой, от решения которой зависит дальнейшая судьба страны. Поиски путей выхода из затянувшейся кризисной ситуации определяли политическую жизнь Шри Ланки последних двух десятилетий ХХ в., заметно влияли на внутреннее положение в южноазиатском регионе в целом, где проблема сохранения целостности и неделимости государственных образований, тесно связанная с проблемами региональной безопасности давно стала предметом острых дискуссий между руководителями стран, входящих в Ассоциацию регионального сотрудничества стран Южной Азии (СААРК). Проблемы гражданства индийских тамилов, государственного языка и государственной религии, административного устройства Северо-Восточной тамильской провинции, являлись причинами периодического нарастания напряженности между сингальской и тамильской общинами. Активизация тамильских националистов, с одной стороны, и сингальских, с другой, держала страну в состоянии напряжения. Посредничество Индии в серии мирных переговоров, равно как и ввод индийских сил по поддержанию мира в Шри Ланку, не смогли урегулировать конфликт. Несмотря на то, что противостояние между тамилами и сингалами имеет глубокие исторические корни, до 1956 г. оно не принимало формы военной конфронтации. Со второй половины 50-х и до начала 80-х гг. имели место периодически повторяющиеся конфликтные ситуации, заканчивавшиеся нередко кровопролитием, но они носили локальный характер и представляли собой спорадические выплески накапливавшегося взаимного неприятия. В 1983 г. этнический конфликт вступил в наиболее острую и серьезную фазу и разросся до размеров гражданской войны, будоражащей всю страну, парализовавшей хозяйственную жизнь целого ряда районов, нарушившей демократическое развитие.
Гражданская война способствовала развитию в стране террористических организаций, создавших атмосферу произвола и насилия. «Тигры освобождения Тамил илама» давно уже перестали представлять базирующуюся в джунглях Шри Ланки армию боевиков, превратившись в международную корпорацию, объединяющую воедино ресурсы многочисленной тамильской диаспоры во всем мире и контролирующей различные сферы коммерческой деятельности, включая торговлю оружием и наркотиками и другие сомнительные операции на азиатском «черном рынке». В 1991 г. жертвой тамильских террористов стал премьер-министр Индии Раджив Ганди, пытавшийся способствовать урегулированию конфликта, в 1993 г. в результате взрыва бомбы террориста-самоубийцы погиб президент Шри Ланки Р. Премадаса, нынешняя президент страны Ч. Кумаратунге была ранена в ходе президентских выборов 1999 г.; ряд других политических деятелей страны, включая членов кабинета, были убиты в результате террористических актов экстремистов. Колоссальный экономический ущерб и разрушения, сотни тысяч человеческих жизней стали платой за непрекращающуюся террористическую деятельность тамильских и сингальских экстремистских группировок.
Резкое обострение этнонациональных противоречий делает проблему религиозной политики государства злободневной и актуальной, ставя вопрос о возможности стабилизации ситуации в поликонфессиональном государстве в условиях сохранения пробуддийской ориентации правительственных верхов. Религиозный фактор играет значительную роль в сингало-тамильском противостоянии, имеющем многие измерения – социально-экономический, политический, этнический. Религиозная политика правительств независимой Шри Ланки занимает здесь особое место. Буддийские формы идеологии играют основополагающую роль в формировании современных политических доктрин и программ ведущих политических партий самой различной ориентации, начиная от секуляристских объединений до коммуналистских просингальских группировок, разжигающих сингало-тамильский этнический конфликт.
Население Шри Ланки отличает сложный этнический и конфессиональный состав. Отношения между различными группами носят неоднозначный характер, однако основной конфликт внутри ланкийского общества пролегает по линии демаркации сингалы – тамилы, т.е. между этническим большинством и крупнейшим в стране этническим меньшинством. Сингалы (74%) разделяются на равнинных и кандийских (горных), тамилы (18%) – на ланкийских (потомки мигрантов с субконтинента в доколониальный период) и индийских (плантационные рабочие, завезенные на остров англичанами в ХIХ в.). Значительную роль в сингало-тамильских отношениях играют мавры-мусульмане (7%) (потомки мигрантов с Ближнего Востока и из Индии). Большинство сингалов (92%) исповедует буддизм тхеравады, тамилов (84%) – индуизм (преимущественно шиваитского толка). Сингальская община более гомогенна по религиозной характеристике, и сингальский национализм неизменно отождествлялся с буддийским национализмом и концепцией, провозглашающей тождество понятий «синхала-двипа» (остров сингалов) и «буддха-двипа» (остров буддизма), сингалы-христиане традиционно играли в своей общине намного меньшую роль, чем их собратья по вере у тамилов. Внутри тамильской общины всегда был высок статус как христианской, особенно католической, так и мусульманской ее части, в совокупности составляющих 16%, и тамильский национализм развивался прежде всего как этнонационализм, сосредотачивающий внимание на вопросах формирования понятия «тамильская нация» и создания самостоятельной государственности на этнической основе (лозунг образования независимого государства Тамил илам на территории Джафны в северных районах Шри Ланки). Индуизм тамилов редко противопоставлялся буддизму сингалов в официальных выступлениях тамильских лидеров, некоторые из которых (например, С. Челванаягам) были представителями христианизированной части тамильской общины. Приходилось считаться и с тем, что помимо тамилов-мусульман на территории Восточной провинции проживают мусульмане-мавры, составляющие 32 % ее населения, которые, хотя и говорят на тамильском языке, но относят себя к самостоятельной этнической группе. После начала гражданской войны в 1983 г. был образован Мусульманский конгресс Шри Ланки, занявший в межэтническом конфликте проправительственную (т.е. просингальскую) позицию, что позволило мусульманам северо-востока укрепить свои позиции в ланкийском обществе.
Подчеркиваемые различия между тамилами и сингалами проводились на основе поиска «дравидийской идентичности» (ср. с поисками «буддийской идентичности» у сингалов) по линии противостояния «дравиды – арии» в контексте спора о том, чьи предки явились первыми насельниками на острове. Тамильские националистические организации заимствовали опыт политических деклараций своих собратьев на субконтиненте (лидеров партий «Дравида кажагам» (Дравидийская партия) и «Дравида муннетра кажагам» (Прогрессивная партия дравидов), считавших главным для Индии противоборство «арийский Север – дравидийский Юг» и боровшихся за образование государства Дравидистан. Разница состояла в том, что в условиях Шри Ланки соотношение сторон было развернуто в противоположном направлении: «дравидийский Север» – «арийский Юг», а конечной целью провозглашалось образование независимого государства Тамил илам на территории ланкийской Джафны. Исторический прецедент был найден: на севере острова с ХIII в. действительно существовало тамильское государство Джафна. Являясь доминирующей политической силой на острове вплоть до начала ХVI в., оно не было, однако, самостоятельным и находилось сначала под контролем южноиндийской державы Пандьев вплоть до ее распада в начале ХIV в., затем признало сюзеренитет по отношению к империи Виджаянагар и ее права на ежегодный сбор дани.
В то же время, индуизм использовался как средство консолидации индусской части тамильской общины, среди которой были популярны лозунги «возрождения индуизма», индусской символикой окрашена деятельность экстремистов – «Тигров освобождения Тамил илама». Прямое противопоставление буддизма и индуизма бесперспективно на Ланке в силу традиции религиозного синкретизма и глубокого взаимопроникновения обеих религий. Буддийский пантеон включает в себя всех индуистских божеств, в то время как индусы в равной степени почитают Будду и бодхисаттв. Следует подчеркнуть, что в риторике буддийских националистов, апеллирующих к буддийским ценностям, не содержится антииндусский пафос. Развивая «дравидийскую тему», тамильские националисты обращаются к тем пластам в шиваизме, которые связаны с древнейшими протодравидийскими верованиями, основанными на архаическом культе плодородия с его почитанием богини-матери, опирающимися на шактизм и распространенными задолго до появления индоариев. В ланкийском индуизме насчитывается 15 эпитетов и 9 шакти Шивы, почитается его воинственный сын – бог войны Муруган (Сканда/Картикейя, Катарагама), распространены экстатические шактистские культы, например, тамильской богини войны Коттравей, ипостаси Кали (Дурги), матери Муругана. Культ Шивы – Кали культивируется у тамилов-дравидов прежде всего в силу его доарийских корней на территории Южной Азии. Именно эта образность служит идейной подпиткой для членов тамильских экстремистских группировок, строящих свою деятельность на практике террора. Шактизм, по мнению ряда исследователей, лежит в основе феномена «женского терроризма», широко распространенного среди индусской части тамильской общины. Религиозный фактор, таким образом, проявляется в межэтническом сингало-тамильском конфликте, в целом, по-разному у двух сторон : у сингалов – эксплицитно на уровне всей общины, у тамилов – имплицитно на уровне всего тамильского сообщества и эксплицитно среди тамилов-индусов.
Идеи единой ланкийской нации и секулярной государственности не находят поддержки большинства в Шри Ланке.
Читайте сейчас: 3D визуализация на www.studioviz.ru
Полноценные спа курорты в Европе